Перекинутый через Неву между Адмиралтейской набережной и Васильевским островом, Дворцовый мост является самым знаменитым разводным мостом Санкт-Петербурга и одним из главных символов города. Возведённый в 1912–1916 годах по проекту инженера Анджея Пшеницкого (архитектурное оформление — Роберт Мельцер), мост изначально задумывался как постоянная переправа на месте старого плашкоутного Исаакиевского моста. Торжественное открытие состоялось в 1916 году — но без архитектурных украшений из-за Первой мировой войны: перила и фонари установили лишь к 1939 году.
Судьба Дворцового моста отразила все катастрофы XX века: в 1917 году через него шли на штурм Зимнего дворца матросы и красногвардейцы. В годы блокады Ленинграда мост был повреждён артиллерийскими снарядами — чугунные решётки и гранитные тумбы до сих пор хранят следы от осколков. В 1967 году провели первую капитальную реконструкцию, заменив старые заклёпки на сварные швы. Легендарная подсветка моста появилась в конце 1990-х годов и мгновенно превратила его в главную «открыточную» достопримечательность города.
Архитектурный ансамбль Дворцового моста — это пятипролётное металлическое сооружение длиной 260 метров. Центральный разводной пролёт (двукрылый, раскрывающийся в вертикальной плоскости) при разведении создаёт ту самую знаменитую панораму, которую снимают миллионы туристов: на фоне закатного неба проступают шпиль Петропавловского собора, купол Исаакия и силуэт Эрмитажа. Особую ценность представляют чугунные перила с изображением грифонов, морских коньков и гербов Российской империи (восстановленные в 1939 году по оригинальным чертежам Мельцера), а также массивные гранитные обелиски с фонарями-торшерами на быках.
Сегодня Дворцовый мост — это не просто транспортная артерия, по которой ежедневно проходят десятки тысяч автомобилей. Это место романтических свиданий, «точка невозврата» для влюблённых под разведёнными крыльями и символ Петербурга, без которого невозможно представить ни одну туристическую открытку. Ночью, подсвеченный тысячами огней, мост парит над чёрной водой Невы, а когда сводит крылья под белые ночи — кажется, что город задерживает дыхание.
